Раздел 2. «И я вновь берусь за перо,

ибо труд мой стал уже больше меня самого…»

(творческая и научная деятельность Д. М. Балашова).


В начале 1950-х гг. Д. М. Балашов впервые пробует свои силы в литературе. Его первые повести «Культпросветшкола», «Моя любовь», «Жизнь начинается с ошибок» и другие – автобиографического характера. В них запечатлены свежие ощущения молодого человека, который только что вышел в большую, самостоятельную жизнь. Повесть «Культпросветшкола» ([1950 г.]) посвящена времени работы Дмитрия Михайловича в г. Кириллове Вологодской области, куда он был направлен после окончания института (слайд 1). Свои мысли и действия автор вложил в главного героя повести – Сергея. Много места в произведении занимает описание повседневной жизни старинного городка, провинциальной советской действительности.

Один из эпизодов работы в культпросветшколе стал темой для рассказа «Концерт в Мигачёво» ([1950 г.]) (слайд 2), где описан выезд концертной бригады. Такие бригады занимались обслуживанием агитпунктов района во время избирательной кампании. Повествование здесь так же, как и в повести «Культпросветшкола», идёт от первого лица – преподавателя школы Василия Петровича.

Среди многочисленных набросков того времени уже встречаются законченные произведения, например, рассказ «Мученик» ([1955 г.]) (слайд 3), где автор впервые серьезно обратился к истории, а именно к истории Церкви. Замысел этого рассказа родился у Д. М. Балашова летом 1954 г. во время пребывания в Киево-Печёрской лавре, когда он узнал о судьбе многострадального Иоанна, единственным из подвижников ушедшего в затвор в молодые годы.

Со временем историческая тема и её раскрытие в художественной литературе прочно увлекают писателя. Повесть «Акинф Великий под Переяславлем» ([не ранее 1957 г.]) (слайд 4) фактически явилась преддверием цикла романов «Государи Московские», к которому автор обратился позднее, завершив «новгородские» труды. Событие, нашедшее отражение в повести – междоусобная распря 1304 г., вызванная смертью великого князя Владимирского Андрея Александровича – будет вновь и очень близко к тексту повести описана Дмитрием Михайловичем в романе «Великий стол» (пролог и главы 1-11).

С 1957 г., когда Д. М. Балашов стал работать в Институте русской литературы (Пушкинский Дом) Академии наук СССР, его жизнь и научный интерес оказываются прочно связаны с русским фольклором. В июле-августе того же года он совершил первую экспедицию на Русский Север, на Терский берег Белого моря (Мурманская область). Дмитрий Михайлович оставил подробные отчеты о проделанной работе по собиранию фольклора в форме очерков, дневников, записей. Кропотливого и вдумчивого исследователя интересовали не только непосредственно сами песни, ради которых он отправлялся тогда на Север, но и образ жизни местных жителей, их язык, обороты речи, навыки и многое другое – неотъемлемая часть русской культуры. В сочинениях очеркового плана Д. М. Балашов тщательно документировал встречи с теричанами, каждая из которых указывала ему новые направления в поиске фольклорного наследия. В 1960 г. вместе с Ю. К. Бегуновым он побывал в археографической экспедиции на средней Печоре (Коми АССР) (слайд 5).

Собранный в экспедициях материал стал основой для появления первых научных работ Дмитрия Михайловича. В сборнике «Русский фольклор» с 1959 г. публиковались его статьи «Князь Дмитрий и его невеста Домна» (слайд 6), «Из истории русской баллады». Тема русской баллады получила развитие в кандидатской диссертации Д. М. Балашова, его книгах «Народные баллады» (1963 г.), «История развития жанра русской баллады» (1966 г.) и других работах.

Переехав в г. Петрозаводск, в начале 1960-х гг. Д. М. Балашов в составе экспедиций вновь побывал на Терском берегу: на р. Варзуге, в древних поморских деревнях (Мурманская область), где фольклористы вели запись свадебного обряда и сказок (слайд 7). Результаты экспедиций опубликованы в сборниках «Русские свадебные песни Терского берега Белого моря» (1969 г.) (слайд 8) и «Сказки Терского берега Белого моря» (1970 г.) (слайд 9). Как верно отметил Н. М. Коняев, «Дмитрий Михайлович Балашов не просто собирал и записывал фольклор, он жил этим фольклором, слушая песни, сказки, былины, он удовлетворял не только научную потребность, но и потребность своей собственной души…» (Коняев Н. М. Дмитрий Балашов. На плахе. М., 2008. С. 68). Балашов также готовил к печати книгу «Переяславльская свадьба» и словарь древнерусского языка к поэме «Слово о полку Игореве», но они так и не увидели свет.

Изучая народное творчество, в 1960-е гг. Д. М. Балашов с экспедициями посетил Вологодскую и Архангельскую области, Урал, Ростовскую область и г. Переяславль-Залесский Ярославской области. Результатом поездок явился не только богатый материал, но и опыт разработки Д. М. Балашовым своей методики собирания фольклора, который он систематизировал и изложил в очерках «За старинной песней» (слайд 10) и брошюре «Как собирать фольклор» (1971 г.).

Работая в Карелии, Балашов продолжал поддерживать тесные связи с Ленинградом. Карельский институт предпринимал экспедиции, совместные с Пушкинским Домом. Сам Дмитрий Михайлович часто бывал в северной столице, где занимался в Государственной публичной библиотеке им. М. Е. Салтыкова-Щедрина, а также в Москве – для консультаций со специалистами по истории эпоса (именно такие выезды он запланировал на 1968 г.) (слайд 11). Истории эпоса Д. М. Балашов посвятил ряд статей и предисловие «Русский былинный эпос», написанное в соавторстве с Т. А. Новичковой к 25-томному своду русских былин (издание собрания начато в 2001 г.). Дух былинного повествования нашёл отражение и в исторических романах Балашова.

В 1975 г. под эгидой Ленинградской государственной консерватории им. Н. А. Римского-Корсакова проводилась интересная работа по изучению сложного обряда русской свадьбы в Вологодской области. Результатом этого плодотворного сотрудничества явился главный труд Д. М. Балашова в фольклористике (в соавторстве с Ю. И. Марченко и Н. И. Калмыковой) – «Русская свадьба. Свадебный обряд на Верхней и Средней Кокшеньге и на Уфтюге (Тарногский район Вологодской области)» (издан в 1985 г.) (слайд 12). Научная заслуга Дмитрия Михайловича заключается и в том, что при изучении обряда свадьбы он применил новый принцип исследования: выявление реального многовекового пути развития фольклорных форм на основе тщательного документирования обрядов в каждой деревне определенной местности, зачастую не совпадающей в своих границах с современным административно-территориальным делением.

Во второй половине 1960-х гг. неизменным объектом писательского интереса Д. М. Балашова становится большая историческая проза. Это был закономерный итог его увлечения историей русской культуры, Русского Севера, который на протяжении многих веков был частью Новгородской земли. В 1967 г. в журнале «Молодая гвардия» (№№ 6-7) была опубликована повесть «Господин Великий Новгород». Дмитрий Михайлович заявил о себе как о серьёзном и перспективном прозаике (слайд 13).

Созданию произведения, посвящённого борьбе Новгорода с западными соседями – Данией и Ливонским орденом – в 60-е гг. XIII века, предшествовала работа по изучению источников и историографической базы. Важной особенностью всех исторических художественных произведений, вышедших из-под пера Балашова, всегда была и остаётся их научная достоверность. Как писал автору один из читателей, его романы вызывают «доверие, подобно доверию к трудам научным». Положительно об этом аспекте произведений Д. М. Балашова высказался и руководитель Новгородской археологической экспедиции, академик В. Л. Янин: «В моей жизни он совершил акт примирения с исторической беллетристикой» (Янин В. Л. Правда жизни / Дмитрий Балашов. Писатель. Историк. Фольклорист. Материалы Первых Балашовских чтений 7–9 ноября 2001 года. Великий Новгород, 2002. С. 23). В послесловии к роману «Симеон Гордый» Дмитрий Михайлович так сформулировал свою задачу: «Считаю, что в наши дни исторический писатель обязан быть предельно точен в изложении событий, так как читатель зачастую именно по романам узнаёт факты прошлого».

«К концу 60-х годов ХХ века – ко времени, когда Дмитрий Михайлович начал создавать свои романы, – историческая беллетристика в России была в своеобразном тупике, равно как и массовая историческая наука. Русская история, – во всяком случае, та, которая "отложилась" в учебниках, – оказалась осложнена множеством "провалов"…» (Кошелев В. А. Слово о Дмитрии Балашове / Дмитрий Балашов. Писатель. Историк. Фольклорист. Материалы Первых Балашовских чтений 7–9 ноября 2001 года. Великий Новгород, 2002. С. 34). Д. М. Балашов нашёл выход, приступив к описанию русской истории в духе летописного «стиля монументального историзма» (определение Д. С. Лихачёва), как бы продолжая и разворачивая источник.

Собирая материал к повести «Господин Великий Новгород», автор выписывал интересующие его факты, перерисовывал и комментировал схемы и карты, делал зарисовки предметов быта (слайд 14), изучал топографию древнего города (слайд 15). В черновиках видно, как рождались герои повести, биографии которых получали привязку к событиям эпохи (слайд 16).

Неоднократно побывав на Терском берегу Белого моря, Дмитрий Михайлович заинтересовался судьбой новгородской боярыни Марфы Борецкой, которой в XV веке принадлежали местные земли. Позднее у Балашова родился замысел своего первого романа – о последних годах существования Новгородской республики, – центральной фигурой которого стала вдова посадника Исака Борецкого. Над «Марфой-Посадницей» автор работал в Карелии в 1969-1972 гг. (слайд 17). Здесь Д. М. Балашов вновь не отступил от твёрдых принципов научного подхода к историческому материалу и языку героев, с архаичными формами которого он познакомился во время фольклорных экспедиций. Он провёл тщательную сверку с источниками всех фактов из жизни новгородских бояр (слайд 18) и духовенства (слайд 19), приблизил характеры персонажей к особенностям их политической позиции в этот период. Интерес писателя привлекли религиозно-философские искания новгородцев конца XV века, которым он тоже уделил внимание в романе (слайд 20).

В 1975 г. на страницах журнала «Современник» вышел второй роман Д. М. Балашова – «Младший сын». Он же открыл собой серию романов «Государи Московские», историческим полотном которых стала история Восточной Европы (русских княжеств, Великого княжества Литовского, Польши, степного мира и Византии) с 60-х гг. XIII века до 30-х гг. XV века. Пролог к роману «Младший сын» начинается с прославления родины (слайд 21), в котором автор повторил известные строки из «Слова о погибели русской земли». Перед читателем предстаёт разорённая ордынскими набегами и удручённая усобицами братьев-князей страна, на которой ещё лежит золотой отблеск уходящей, домонгольской Руси.

В романах серии «Государи Московские» Дмитрий Михайлович размышлял о взаимоотношениях князя и земли, бремени власти и искуплении отеческих грехов, роли Церкви в переломные моменты русской истории, показывал различия между энергичной, целеустремлённой волей и безначальной вольницей, своеволием. Через все произведения серии писатель провёл не только линии княжеских и боярских родов, но и историю жизни простых ратников и пахарей, которые поднимали и защищали землю непрестанным трудом. Герои романов Балашова – люди действия, готовые превратить мысль в реальность, поступиться личными интересами ради общего дела.

В романе «Великий стол» (1979 г.) сыновья московского князя Даниила уже вступают в борьбу за власть над всей Владимирской Русью и бросают вызов могущественному великому князю тверскому Михаилу Ярославичу, который проигрывает схватку и погибает в Орде (слайд 22).

Роман «Бремя власти» (1981 г.) (слайд 23) – это годы укрепления влияния Москвы в правление Ивана Даниловича Калиты, мудрого и расчётливого князя, осторожного в отношениях с Ордой и в то же время неизменно достигающего своих дальновидных целей. Произведению предшествует очерк «Взгляд с высоты» (слайд 24). В нём Дмитрий Михайлович кратко охарактеризовал опасное положение Руси и православной веры в первой половине XIV века, в условиях которого предстояло действовать Калите. Здесь проявляется сила писателя, который был способен не только погружаться в мелочи быта, но и воспарять над миром своих героев, охватывая его одним взглядом.

Главной фигурой романа Балашова «Симеон Гордый» (1983 г.) стал сын Ивана Калиты, один из самых загадочных и малоизвестных московских князей. В следующих романах серии («Ветер времени» (1987 г.), «Отречение» (1988-1989 гг.) и других) вперёд выступают духовные деятели того времени – митрополит Алексий и Сергий Радонежский. Балашов считал, что именно Алексий, который фактически правил Русью в малолетство Дмитрия Донского и наставлял князя, сумел окончательно закрепить первенство среди русских земель за Москвой и подготовить Русь к Куликовской битве. В середине XIV столетия страна пережила несколько опустошающих эпидемий: «Умирали "железою", умирали "прыщом", но люди продолжали работать, строить, творить, скакали по-прежнему послы, двигались рати, и митрополит Алексий продолжал неустанную работу, сплетая свою сеть, в которую уловлял уже не отдельные души – целые княжества» (Балашов Д. М. Отречение. М., 2006. С. 103).

Роман «Ветер времени» Дмитрий Михайлович посвятил своему учителю, неизменному консультанту, выдающемуся учёному Льву Николаевичу Гумилёву. Сам Л. Н. Гумилёв положительно отзывался о романе и подчёркивал, что, в отличие от предыдущих романов серии, здесь личные судьбы героев становятся способом «для описания главной героини романа – нарождающейся России». В новом произведении коллизия интенсивного роста на Руси и в Литве была «наглядно оттенена показом упадка духа в Византии и надлома Золотой Орды».

Трилогия «Святая Русь» («Степной пролог», «Сергий Радонежский», «Вечер столетия»), которая публиковалась в журналах «Север» (г. Петрозаводск) и «Роман-газета» в 1991-1997 гг., охватывает время, предшествующее Куликовской битве, саму битву и события конца XIV века. Преподобному Сергию Дмитрий Михайлович посвятил и отдельный роман, выходящий за пределы серии – «Похвала Сергию» (1991 г.) (слайд 25). Говоря на страницах произведения о междоусобных раздорах в монгольских степях, Риме или Византии, писатель в первую очередь обращался к своим современникам с предупреждением и надеждой: «Сами себя! Всегда сами себя! Народ, единый в массе своей, неодолим. Или уж навалит вражьей силы тысячу на одного, да и тогда единый в себе народ найдет силы выстоять и устоять. <…>. Уважают ли, чтят ли дети отца и матерь своих? Дружно ли собираются родичи на помочь своему кровнику? Продолжают ли потомки дело отцов? Продолжают, помогают, держат – тогда жив народ и все сущее в нем. А с малого, с развала семьи, распадается и племя, породившее эту семью и людей этих…».

Образ святого Сергия Радонежского не случайно вызвал интерес Балашова, всегда внимательного к вопросам богословия и церковной истории. Биография основателя Троице-Сергиевого монастыря вместила в себя почти все основные события XIV века, Сергий и его брат Стефан были героями многих романов цикла «Государи Московские», причём далеко не второстепенными. Встав на путь духовного подвига, Сергий остался причастен и к мирским свершениям своей эпохи. На таких примерах Дмитрий Михайлович показывал единение народа, когда каждый: князь, воин или монах, – стремился внести свою толику в дело строительства нового сильного государства.

В романе «Воля и власть» (1999 г.) перед читателем предстаёт время княжения Василия Дмитриевича, насыщенное бурными и значимыми событиями, но практически неизвестное современникам писателя. Важное место в романе отведено Новгородской республике, которая переживала в конце XIV – начале XV века период подъёма и успешно противостояла попыткам Москвы закрепиться на Северной Двине. Автор снова погрузился вслед за своими героями в дорогой и знакомый ему мир Русского Севера (слайд 26).

В последнем (но не завершающем) романе цикла «Юрий», который Дмитрий Михайлович не успел закончить (слайд 27), он избрал темой повествования так называемую феодальную войну, начавшуюся после смерти Василия Дмитриевича между, с одной стороны – его сыном Василием II, а с другой – братом Юрием и сыновьями последнего.

«Воссоздавая <…> историю становления нас самих, нашей национальной психологии, сопряженной с теми географическими и историческими координатами, в пределах которых самоопределялся великоросс, писатель ни на минуту не отходил от нравственных проблем сегодняшнего дня. И его романы о русском средневековье оказывались современными, как свежая газета», – отметил важную особенность произведений Д. М. Балашова профессор Новгородского университета, доктор филологических наук В. А. Кошелев (Кошелев В. А. Слово о Дмитрии Балашове / Дмитрий Балашов. Писатель. Историк. Фольклорист. Материалы Первых Балашовских чтений 7–9 ноября 2001 года. Великий Новгород, 2002. С. 37).

Многогранность исторических интересов Балашова подтверждает роман «Бальтазар Косса (Римский папа Иоанн XXIII)» (2000 г.), где автор пристально рассмотрел биографию одного из понтификов римско-католической Церкви – антипапы эпохи Великого западного раскола Иоанна XXIII, лишённого папства на Констанцском соборе 1415 г. и посмертно исключённого из списка предстоятелей западного христианства (слайд 28).

Рост интереса к русской истории в последние годы существования СССР и в постсоветскую эпоху сделал романы Балашова как никогда востребованными обществом. С 1995 г. он вышел на первое место по количеству изданий среди всех живущих тогда в России писателей, в 1996-1997 гг. его труды были удостоены известных литературных премий (см. раздел 1). Дмитрий Михайлович добивался защиты авторского права и достойной оплаты со стороны издательств и сам устанавливал контакты с теми издательскими объединениями, которым доверял (слайд 29).

В 1990-е гг. Д. М. Балашов снова, как в начале писательского пути, обратился к автобиографическому жанру. Н. М. Коняев называет его последние рассказы («Лаура», «Сын» и другие) исповедальной прозой (Коняев Н. М. Дмитрий Балашов. На плахе. М., 2008. С. 142, 155). В рассказе «Лаура» Дмитрий Балашов упомянул о своём участии в съёмках фильма «Господин Великий Новгород» режиссёра А. А. Салтыкова (1984 г.). В кинокартине писатель исполнил трагическую и пророческую роль новгородского художника-патриота, которого мучают и убивают немецкие захватчики (слайд 30). Как активный участник мероприятий, посвящённых 1125-летию Новгорода (выход фильма был приурочен к юбилею города, годовщине освобождения Новгорода и 40-летию Победы в Великой Отечественной войне), Дмитрий Михайлович получил диплом от оргкомитета праздника (слайд 31).

Автобиографическим можно назвать и рассказ «Дракон» (1991 г.). Д. М. Балашов в краткой и иносказательной форме описал свой собственный путь: и в Карелии, где шла борьба за сохранение памятников старины, и в Новгороде, когда он выступал за закрытие химического комбината. И вновь страшным пророчеством звучат слова, обращённые к упрямому герою рассказа его наставником: «Эко, легче тя убити, чем остановить!» (слайд 32).

Многочисленные поездки по стране и миру Дмитрий Михайлович увековечил в жанре путевых очерков. С конца 1980-х гг. ему удалось побывать в Италии, Ватикане (слайд 33), Приднестровье, Германии, Сербии, Черногории (в 1997 г. вместе с мурманскими писателями Д. М. Балашов совершил I Славянский Ход), посетить Монголию, из которой в XIII веке вышли завоеватели Руси, и Стамбул (Константинополь), замечательно описанный Д. М. Балашовым ещё до этого свидания в романе «Ветер времени». Итогом путешествий стали записи в рабочих тетрадях, очерки «На "Седове" вокруг Европы», «Любовь», «Приднестровский дневник» (слайд 34) и другие.

До конца жизни Д. М. Балашов писал стихи (слайд 35), занимался резьбой по дереву, освоил множество «мужских» специальностей, работал на земле, держал в деревне домашних животных. Не изменил он и своему ещё довоенному увлечению – живописи. Памяти учителя, художника К. А. Кордабовского Дмитрий Михайлович посвятил небольшой очерк (слайд 36).



1. Начало одного из вариантов 1-й главы повести Д. М. Балашова «Культпросветшкола». Автограф. [1950 г.]  [вернуться]



2. Отрывок из рассказа Д. М. Балашова «Концерт в Мигачёво». Автограф. [1950 г.] [вернуться]



3. Отрывок из рассказа Д. М. Балашова «Мученик». Машинопись. [1955 г.] [вернуться]



4. Начало повести Д. М. Балашова «Акинф Великий под Переяславлем». Машинопись. [1957 г.] [вернуться]



5. Рисунок деревянных построек на побережье р. Печоры, выполненный Д. М. Балашовым.
Бумага, графитный карандаш, автограф. 1960 г. [вернуться]



6. Начало статьи Д. М. Балашова «Князь Дмитрий и его невеста Домна (К вопросу о жанровом своеобразии баллады)». Авторизованная машинопись с редакторской правкой. [1959 г.] [вернуться]



7. Д. М. Балашов с жителями с. Варзуга Терского района Мурманской области. Начало 1960-х гг.
Из личного архива О. Н. Балашовой. [вернуться]



8. Из заявки Д. М. Балашова и Ю. Е. Красовской в Ленинградское отделение издательства «Музыка» на издание сборника «Русская свадьба на Терском берегу Белого моря». 1967 г. [вернуться]



9. Письмо Д. М. Балашова директору Мурманского книжного издательства М. П. Суркову и главному редактору
Р. К. Соколовой о заключении договора на издание сборника сказок. 11 февраля 1971 г. [вернуться]



10. Начало первого варианта очерка Д. М. Балашова «За старинной песней (Заметки собирателя)». Автограф. [1958 г.] [вернуться]



11. Из индивидуального плана работы Д. М. Балашова на 1968 г. 23 января 1968 г. [вернуться]



12. Письмо академика Д. С. Лихачёва председателю Госкомиздата РСФСР Н. В. Свиридову об издании книги «Русская народная свадьба, записанная в Вологодской области», одним из авторов которой был Д. М. Балашов.
15 апреля 1980 г. [вернуться]



13. Начало 1-й главы повести Д. М. Балашова «Господин Великий Новгород». Автограф. [1966 г.] [вернуться]



14. Выписки и зарисовки предметов из подготовительных документов к повести Д. М. Балашова
«Господин Великий Новгород». Автограф. [1966 г.] [вернуться]



15. Выписки и зарисовки новгородских улиц из подготовительных документов к повести Д. М. Балашова
«Господин Великий Новгород». Автограф. [1966 г.] [вернуться]



16. Авторская биография героя повести Д. М. Балашова «Господин Великий Новгород» Олексы Творимировича.
Автограф. [1966 г.] [вернуться]



17. Д. М. Балашов во время работы над романом «Марфа-Посадница». Начало 1970-х гг.
Из личного архива О. Н. Балашовой.[вернуться]



18. Авторская характеристика личности и политики новгородских бояр 1470-х гг. из подготовительных документов к роману Д. М. Балашова «Марфа-Посадница». Автограф. 1972 г. [вернуться]



19. Авторская характеристика политики новгородского архиепископа Феофила и замечания из подготовительных документов к роману Д. М. Балашова «Марфа-Посадница». Автограф. 1972 г. [вернуться]



20. Отрывок из 3-й и 4-й глав романа Д. М. Балашова «Марфа-Посадница» (первый вариант).
Машинопись с авторской правкой. 1972 г. [вернуться]



21. Начало пролога к роману Д. М. Балашова «Младший сын». Автограф. 1975 г. [вернуться]



22. Письмо председателя учебного комитета при Священном Синоде Московской Патриархии митрополита Таллинского и Эстонского Алексия (Ридигера) ректору Московской Духовной академии и семинарии архиепископу Дмитровскому Владимиру (Сабодану) об исследовательской работе Д. М. Балашова в библиотеке академии и семинарии.
20 февраля 1981 г. [вернуться]



23. Из списка исправлений, внесённых Д. М. Балашовым в рукопись романа «Бремя власти». Автограф. 1981 г. [вернуться]



24. Начало вступительного очерка «Взгляд с высоты» к роману Д. М. Балашова «Бремя власти».
Автограф. 1981 г. [вернуться]



25. Отрывок из пролога-молитвы к роману Д. М. Балашова «Похвала Сергию». Автограф. 1990 г. [вернуться]



26. Начало 3-й главы романа Д. М. Балашова «Воля и власть». Автограф. 1998 г. [вернуться]



27. Отрывок из 21-й главы романа Д. М. Балашова «Юрий», незаконченного автором. Автограф. 2000 г. [вернуться]



28. Отрывок из первого варианта романа Д. М. Балашова «Бальтазар Косса (Римский папа Иоанн XXIII)».
Автограф. 2000 г. [вернуться]



29. Письмо-заявка Д. М. Балашова в книгоиздательское объединение «Барс» об издании романов «Господин Великий Новгород», «Марфа-Посадница» и романов из серии «Государи Московские». [1997 г.] [вернуться]



30. Приглашение на премьеру художественного фильма «Господин Великий Новгород», в создании которого участвовал Д. М. Балашов. 26 января 1985 г. [вернуться]



31. Диплом Д. М. Балашова за участие в создании цветного широкоэкранного художественного фильма
«Господин Великий Новгород». 26 января 1985 г. [вернуться]



32. Отрывок из рассказа Д. М. Балашова «Дракон». Автограф. 1991 г. [вернуться]



33. Д. М. Балашов на приёме у папы римского Иоанна Павла II в составе делегации деятелей российской культуры.
7 ноября 1988 г. Из личного архива О. Н. Балашовой.[вернуться]



34. Начало очерка Д. М. Балашова «Приднестровский дневник». Автограф. 1992 г. [вернуться]



35. Стихотворение Д. М. Балашова «Ты пришла…». Автограф. 25 апреля 1957 г. [вернуться]



36. Начало статьи Д. М. Балашова о художнике К. А. Кордабовском. Автограф. [1990 г.] [вернуться]